Брайтонский леденец
маленький, изрядно потрепанный человек с обкусанными ногтями (от нее ничто не
ускользнуло), с чернильными пятнами на пальцах, схватившийся рукой за железный барьер.
«Хороший старикан, — подумала она. — Мне он понравился еще в том баре, хотя я и
посмеялась над ним».
И она снова запела, на этот раз потихоньку, своим теплым хмельным голосом: «Той
ночью, в аллее, лорд Ротшильд мне сказал…» Давно уже она так не торопилась из-за мужчины,
и не прошло и четырех минут, как, свежая, напудренная и сияющая, она опять поднялась на
свет яркого Троицына дня, но Хейла уже не было. Его не было около турникета, его не было в
толпе возле продавца; она протолкалась поближе, чтобы убедиться в этом, и оказалась лицом к
лицу с вспотевшим торговцем, беспрерывно и с раздражением выкрикивавшим:
— Как? Не хотите дать шиллинг за часы и бесплатный подарок, который стоит ровно в
двадцать раз дороже, чем сами часы? Я не утверждаю, что часы стоят намного больше
шиллинга, хотя они стоят столько уже из-за одного своего вида, ну а вместе с бесплатным
подарком, стоящим в двадцать раз…
Она вынула десятишиллинговую бумажку и получила маленький пакет и сдачу, думая:
«Он, наверно, пошел в туалет, он вернется», — и, снова водворившись у турникета, развернула
конвертик, в который были вложены часы. «Черный Мальчик, — прочла она, — заезд в четыре
часа, в Брайтоне», — и подумала нежно и с гордостью: «Такой совет и он дал мне. Этот парень
понимает, что к чему». Счастливая, она приготовилась терпеливо ждать его возвращения. Она
была упорная. Где-то далеко в городе часы пробили половину второго.
***
Малыш заплатил три пенса и прошел через турникет. Деревянной походкой прошагал он
мимо стоявших в четыре ряда шезлонгов, где люди ждали, когда начнет играть оркестр. Сзади
он казался моложе своих лет, в темном легком костюме, купленном в магазине готового платья
и слишком свободном в бедрах; но из-за выражения лица он казался старше: из темно-серых
глаз его глядела всепоглощающая вечность, откуда он явился и которая должна была поглотить
его. Оркестр начал играть, он ощущал музыку всем своим нутром; скрипки словно плакали в
его кишках. Он не смотрел ни налево, ни направо и шагал вперед.
Во Дворце развлечений он прошел мимо стереоскопов, игровых автоматов и киосков к
стрелковому тиру. С полок невинно-ледяным взглядом смотрели куклы, как пречистые девы в
церковной кладовой. Малыш взглянул на них: каштановые локоны, синие глаза, накрашенные
щеки; он подумал: «Аве Мария… в час нашей смерти…»
— Шесть выстрелов, — сказал он.
— А, это ты… — протянул хозяин тира, глядя на него с тревожным неодобрением.
— Да, это я, — ответил Малыш. — У тебя есть часы, Билл?
— Какие тебе часы? Вон там, в холле, разве нет часов?
— На них почти без четверти два. Я не думал, что уже так поздно.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
155
156
157
158
159
160
161
162
163
164
165
166
167
168
169
170
171
172
173
174
175
176
177
178
179
180
181
182
183
184
185
186
187
188
189
190
191
192
193
194
|
