Брайтонский леденец
нормальный. И моя подруга говорит то же.
— А какой был этот парнишка из себя?
— Ну, обыкновенный парнишка.
— Высокий?
— Не особенно.
— Блондин?
— Не сказала бы.
— Каких лет?
— Приблизительно моих, кажется.
— А сколько вам?
— Восемнадцать, — ответила Молли, вызывающе глядя поверх пишущей машинки и
кипящего чайника и продолжая сосать конфету.
— Просил денег?
— У него не было времени просить денег.
— А больше вы ничего не заметили?
— Мистер Хейл очень хотел, чтобы я пошла с ним. Но я не смогла, ведь со мной была
подруга.
— Спасибо, — сказала Айда, — все-таки я кое-что узнала.
— Вы сыщик?
— О нет. Я просто его приятельница.
Здесь действительно было что-то не так, теперь она в этом убедилась. Она опять
вспомнила, как он нервничал в такси, и, шагая в лучах вечернего солнца по Холборну к своему
жилью за Рассел-сквер, она снова подумала о том, как он протянул ей десять шиллингов,
прежде чем отпустил ее в туалет. Он был настоящий джентльмен; возможно, это были его
последние несколько шиллингов, а эти люди — этот парень — требовали с него деньги. Может
быть, он тоже был разорившийся бедняк, вроде Чарли Мойна, и теперь, когда лицо его уже
начало расплываться у нее в памяти, она невольно наделяла его некоторыми чертами Чарли
Мойна, во всяком случае, его воспаленными глазами. Галантные джентльмены, щедрые
джентльмены, настоящие джентльмены. В холле «Империала» со стен свисали напыщенные
рекламы, солнце бросало отлогие лучи сквозь ветви платанов, и колокольчик звонил и звонил,
призывая к чаю, в каком-то пансионе на Корэм-стрит.
«Попробую-ка я столик, — подумала Айда, — и тогда уж буду знать».
Когда она добралась до дома, в передней лежало письмо — открытка с изображением
Брайтонского мола. Если бы я была суеверной, подумала она, если бы я была суеверной… Она
перевернула открытку. Это писал всего лишь Фил Коркери, который просил ее приехать.
Каждый год она получала такую же открытку из Истборна, из Гастингса, а однажды получила
из Абернстуита. Но она ни разу не поехала. Он был не из тех, кому ей хотелось бы подавать
надежды. Слишком уж тихий. Таких она не считала мужчинами.
Она вышла на лестницу, ведущую в подвал, и позвала старика Кроу. Ей нужны были еще
две руки для спиритического сеанса, и она знала, что старику это доставит удовольствие.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
155
156
157
158
159
160
161
162
163
164
165
166
167
168
169
170
171
172
173
174
175
176
177
178
179
180
181
182
183
184
185
186
187
188
189
190
191
192
193
194
|
