Литературная
Коллекция

Произведения:

Грэм Грин

   
 
 

Брайтонский леденец

— Она связалась с одной шайкой, и к ней потом приходили разные люди и допытывались.
Это опасно.
— Я бы никогда не стала связываться с такой шайкой, — сказала Роз.
— Иногда это не от нас зависит. Просто так получается.
— А что с ней произошло?
— Испортили ей физиономию. Она потеряла один глаз. Плеснули ей в лицо серной
кислотой.
Роз прошептала:
— Серной кислотой? Что такое серная кислота? — И молния осветила деревянную
смоляную сваю, разбивающуюся об нее волну и ее бледное, худенькое, испуганное лицо.
— Вы никогда не видели серной кислоты? — спросил Малыш, усмехаясь в темноте. Он
показал ей маленькую склянку. — Вот серная кислота. — Он вытащил пробку и налил немного
на деревянную обшивку мола; кислота зашипела и задымилась. — Она горит, — сказал
Малыш. — Понюхай. — И он поднес склянку к ее носу.
Задыхаясь, она прошептала:
— Пинки, вы ведь не хотите…
— Я тебя разыграл, — ловко солгал он. — Это не серная кислота, это просто спирт. Я
хотел предостеречь тебя, вот и все. Мы с тобой подружимся. А я не хочу, чтобы у моей
подружки было обожженное лицо. Ты мне скажешь, если кто-нибудь станет расспрашивать
тебя. Кто бы то ни был. Запомни. Сразу же звякни в пансион Билли. Три шестерки. Легко
запомнить.
Он взял ее под руку и повел прочь с пустынного края мола назад, мимо освещенного
концертного зала, сквозь музыку, несущуюся к берегу, наводящую на него щемящую тоску.
— Пинки, — сказала она, — я не хочу ни во что вмешиваться. Я никогда не вмешиваюсь
ни в какие дела. Я никогда не была любопытной. Вот вам крест.
— Ты хорошая девочка, — сказал он.
— Вы ужасно много знаете обо всем, Пинки, — воскликнула она со страхом и
восхищением. И вдруг, когда оркестр заиграл избитый лирический мотив: «Прелестна на
взгляд, так сладко обнять и небо само…», яд злобы и ненависти подступил к губам Малыша.
— Приходится много знать, а то пропадешь. Пошли, сходим к Шерри.
Как только они сошли с мола, им пришлось пуститься бегом: такси окатывали их водой;
гирлянды цветных лампочек вдоль набережной Хоува светили тускло, как керосиновые лампы,
сквозь пелену дождя. Они отряхнулись, как собаки, в нижнем зале кафе Шерри, и Роз увидела,
что на лестнице, ведущей на галерею, стоит очередь.
— Здесь полно, — разочарованно сказала она.
— Ну что ж, останемся внизу, — ответил Малыш и так непринужденно заплатил три
шиллинга, как будто был здесь завсегдатаем.
Они прошли мимо столиков, где сидели девушки с яркими, отливающими металлическим
блеском, волосами, с маленькими черными сумочками в руках — платные партнерши,
ожидавшие приглашения. Горели цветные фонарики: зеленые, розовые и синие.

 

На правах рекламы:

 

   

© 2006-2008 Фонд "Литературная коллекция"