Брайтонский леденец
— Как здесь чудесно, — сказала Роз. — Это напоминает мне…
И пока они шли к столику, она вслух рассказывала обо всем, что напоминали ей огни,
мотив, который наигрывал джаз, толпа на танцевальной площадке, пытающаяся отплясывать
румбу. У нее был огромный запас немудреных воспоминаний, и когда она не жила в будущем,
она жила в прошлом. Что до настоящего… Она проходила сквозь него так быстро, как только
могла, убегая от одного, стремясь к другому, и поэтому говорила всегда слегка запыхавшись, и
сердце ее колотилось от жажды избавления или от ожидания. "Я сунула тарелку под передник,
а она и говорит: «Роз, что это вы там прячете?» А мгновение спустя она уже с глубоким
восхищением устремила на Малыша свои широко раскрытые, наивные глаза, полные уважения
и надежды.
— Что ты будешь пить? — спросил Малыш.
Она не знала даже названий напитков. На Нелсон-Плейс, откуда она появилась у Сноу и
на Дворцовом молу, словно крот, выбравшийся из норы на дневной свет, она никогда не была
знакома с мальчиком, у которого хватало бы денег, чтобы предложить ей что-нибудь выпить.
Она сказала бы: «Пиво», — но у нее еще не было случая выяснить, любит ли она пиво.
Мороженое за два пенса с трехколесной тележки «Эверест» — дальше этого ее представления о
роскоши не простирались. Она беспомощно таращила глаза на Малыша. Он резко спросил:
— Что ты любишь? Я же не знаю, что ты любишь.
— Мороженое, — сказала она разочарованно, но заставлять его ждать дольше не могла.
— Какое мороженое?
— Обыкновенное мороженое, — ответила она. За все годы, проведенные в трущобах,
«Эверест» не мог предложить ей большого выбора.
— Ванильное? — спросил официант. Она кивнула; она подумала, что это будет такое,
какое ей всегда приходилось есть прежде; так оно и оказалось, только его было больше, а в
остальном с таким же успехом, держа его между двумя вафлями, она могла бы сосать это
мороженое возле трехколесной тележки.
— Ты покладистая девочка, — сказал Малыш. — Сколько тебе лет?
— Семнадцать, — вызывающе ответила она; по закону мужчине нельзя было встречаться
с девушкой моложе семнадцати лет.
— Мне тоже семнадцать, — сказал Малыш, и серые глаза, никогда не бывшие юными, с
презрением посмотрели в глаза, только сейчас начавшие кое-что узнавать. Он спросил: — Ты
танцуешь?
И она смиренно ответила:
— Мне мало приходилось танцевать.
— Пустяки… — сказал Малыш. — Я не очень-то гожусь для танцев.
Он взглянул на медленно движущиеся пары, похожие на животных с двумя спинами;
удовольствие, подумал он, они называют это удовольствием; его охватило чувство одиночества,
ужасное сознание того, что его никто не понимает. Площадку освободили для последнего
отделения ночной программы. Светлое пятно прожектора выхватило кусок пола, певца в
смокинге, микрофон на длинном гибком черном стержне. Певец взял его нежно, словно это
была женщина, и стал осторожно покачивать из стороны в сторону, лаская его губами, а из
громкоговорителей над галереей его хриплый шепот звучал над залом, словно голос диктора,
возвещающий о победе, словно официальное сообщение, объявленное после долгой проверки
цензурой.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
155
156
157
158
159
160
161
162
163
164
165
166
167
168
169
170
171
172
173
174
175
176
177
178
179
180
181
182
183
184
185
186
187
188
189
190
191
192
193
194
|
